Мы вновь рады приветствовать вас на страницах спецвыпуска газеты «Коммунист»! В прошлый раз мы были вынуждены издать специальный номер в связи с попытками государства принудить студентов-медиков к отработкам после учебы. Сейчас же российский правящий класс пытается принудить все население страны к порядку в сети.
Это безудержное стремление к упорядочиванию еще можно было терпеть, когда блокировались соцсети, которые в стране были относительно непопулярны, вроде экстремистских Instagram и Facebook. Теперь же власти перешли к блокировке ставшего народным мессенджера Telegram, а вместе с ним и вообще всего неподконтрольного трафика. В результате миллионы людей остались без подработок, клиентов, зарплат, даже банальных возможностей связаться с друзьями или просто сориентироваться в городе.
С точки зрения экономики — это удар в десятки миллиардов рублей финансового ущерба по не самым богатым и защищенным слоям населения. С точки зрения прозы жизни — это пара миллионов разрушенных социальных связей, загубленных карьер и вынужденных увольнений. Разумеется, ни один высокопоставленный чиновник или предприниматель ничего в связи с этими блокировками не потеряет, а если и потеряет, то им это немедленно возместят.
В качестве альтернативы правящий класс предлагает нам перебраться в государственные мессенджеры и сидеть только в проверенных приложениях, которые уж точно не работают на заграничного врага, не плодят мошенников и не пропагандируют экстремистскую идеологию. Чем же в таком случае население может быть недовольно?
«В ход шли айфоны, плафоны, микрофоны».
Салтыкову-Щедрину приписывают выражение: «Благонамеренность — это когда вред причиняется добрыми намерениями». Без сомнения, нет ничего столь же благонамеренного, как меры российских властей по внедрению «национального мессенджера» МАХ.
Сначала он подавался как удобная и патриотическая альтернатива уже имеющимся соцсетям, в связи с чем было решено предустанавливать его на новые устройства в обязательном порядке. Затем выяснилось, что работники бюджетных учреждений не имеют права вести рабочую переписку за пределами безопасного приложения. Позже мошеннические схемы вынудили власти перевести и домовые чаты в МАХ. Теперь национальная безопасность требует от руководства вузов, чтобы студенты не являлись на зачет без столь же национального мессенджера.
Небывалое административное давление связано прежде всего с тем, что население новому приложению не очень-то и доверяет и до возникновения необходимости отказывается в нем регистрироваться. Почему? Ответ достаточно прост. Люди готовы сплотиться вокруг государства, когда оно хотя бы номинально выражает их интересы, как, например, в случае войны, и не готовы, когда оно откровенно пытается ограничить их свободу, ничего не предлагая взамен.
Мессенджер МАХ сам по себе оказался одним из таких ограничений. Мало того, что он неудобнее и не безопаснее запретных аналогов, так он еще и готов абсолютно самостоятельно присылать штрафы за оскорбление не тех лиц и удалять контент, который даже не нарушает законодательства, а лишь находится на грани его нарушения.
Такая предупредительность, пожалуй, одна из самых отвращающих черт нового «национального мессенджера». Ведь терпимость населения к российскому бонапартистскому режиму является следствием безразличия россиян к власти, которая их не слушает, и власти к россиянам, которые о ней тихо судачат. Теперь же щедринский общественный договор о «суровости российских законов, но необязательности их к исполнению» оказывается грубо нарушен. Можно только гадать, к каким потрясениям в долгосрочной перспективе это приведет.
Если варить лягушку на медленном огне…
В сущности и «национальный мессенджер», и блокировки являются частью долгосрочной политической стратегии российского режима. Российские власти взялись за попытки взять под контроль «рунет» в далеком 2016-м году, когда был принят пакет Яровой. Через два года они в первый раз попытались запретить Telegram. Тогда же началась блокировка контента, не отвечающего традиционным ценностям «Единой России».
Еще через год начались отключения интернета. Поначалу они происходили только во время протестов и только в субъектах, в которых эти протесты проходили. Потом начались длительные отключения в зоне СВО, затем в отдельных регионах и наконец в Санкт-Петербурге и Москве. Сейчас власти вводят как временную меру «белые списки», блокируя все, кроме разрешенных приложений. Вопрос о том, когда временная мера станет постоянной, остается открытым.
Процесс огораживания российской сети от иностранного и «вредоносного» влияния занял долгие десять лет. Если варить лягушку, постепенно увеличивая температуру воды, животное в силу своего хладнокровия не сможет даже попытаться убежать. Российский правящий класс, будучи на деле безразличным к своему населению, представляет его столь же хладнокровным, а потому наиболее спорные и выгодные для себя меры предпочитает проводить постепенно, растягивая их во времени и пространстве, чтобы не допустить концентрации народного недовольства в одном месте.
К счастью, российское общество не похоже на лягушку. Противоречия в нем, возникающие с каждой новой антинародной мерой, имеют свойство накапливаться. Накопленные же противоречия стремятся к тому, чтобы разрешиться, сметая старые общественные формы, их удерживающие.
Российский режим, подавляя и цензурируя даже непубличную речь, сам лишает себя одного из ключевых механизмов самосохранения — возможности канализировать и контролировать народное недовольство. В условиях, когда люди боятся открыто высказываться даже в узком кругу, исчезают сигналы, позволяющие власти реагировать на реальные настроения в обществе.
Это значит, что народ больше не может «выпустить пар» через бесполезные и потому деморализующие акции протеста. Теперь всякая неудачная акция, всякая неудачная забастовка и всякое неудачное обращение к вышестоящему лицу несут серьезные последствия для протестующих. А значит, чтобы протестовать удачно, нужно к этому как следует подготовиться, что требует большего вовлечения в дело, что требует «работы в долгую».
В результате режим не только усиливает внутреннее напряжение, но и все больше утрачивает связь с реальностью, замыкаясь в собственном искаженном представлении о происходящем в стране, в отличие от граждан, которым в этой реальности приходится жить.
Реальность не заблокировать — правду не утаить!
Этим номером газеты мы бы хотели подготовить читателя к этой новой российской действительности. Действительности, где свобода слова в сети — роскошь, а государственный контроль вездесущ. В такой ситуации можно было бы и попытаться уйти в частную жизнь, но это жизнь, в которой с каждым днем все больше разгоняется инфляция, меры социальной поддержки урезаются, а пропаганда режима становится все более лживой и навязчивой.
Поэтому мы не собираемся отсиживаться, а предлагаем вам нашу контрпропаганду! Читайте в этом выпуске: почему на самом деле блокируют Telegram, что такое настоящая независимость в сети, как обходить блокировки и многое, многое другое. Также мы призываем посетить наш пока не заблокированный сайт и послушать наш новый подкаст «Пламя», один из выпусков которого также посвящен блокировкам.
В новой реальности нужны те, кто будут рассказывать правду, мы «Партия Коммунистов-Интернационалистов» приглашаем вас делать это вместе с нами!
Чем больше цензуры — тем больше вопросов! Свободный интернет — право народа! Блокировки не решают проблем, а создают их!