Оригинальная публикация на сайте marxist.com от 29 октября 2026 г.
Выборы 25 октября ознаменовали качественный сдвиг в Сербии — политическое землетрясение, чьи отголоски прокатились по всем Балканам.
Список, выдвинутый студентами, — «Студенческий список — Студенты побеждают» (SL) — одержал триумфальную победу, набрав ошеломляющие 52,7 процента голосов (завоевав 141 место), тогда как правящая партия SNS Александра Вучича получила лишь 39,2 процента (103 места). Эти выборы можно назвать референдумом против режима. Явка избирателей достигла 70 процентов.
Это были не просто очередные выборы, а кульминация длительного массового движения, бросившего вызов укоренившемуся режиму Вучича, который за 14 лет пребывания у власти проник во все сферы сербского государства и общества.
Ликующий народ — сотни тысяч людей, охваченных коллективным празднованием по всей стране, — мобилизовались сразу после того, как Вучич признал поражение. Эти торжества рассказывают историю долгой и горькой борьбы, которую сербская молодежь вела более двух лет при широкой массовой поддержке, противостоя клевете, провокациям, поношениям, запугиванию, государственным репрессиям и прямому насилию со стороны наемных громил SNS. Десятки тысяч продолжали праздновать и на следующий день
Однако, несмотря на эйфорию, значительная часть движения верно понимает: хотя поражение Вучича и стало важным первым шагом, режим далеко не разрушен. Инстинктивно они стремятся использовать импульс, набранный массовым движением, чтобы нанести решающие удары по режиму и его столпам власти.
Самым ярким проявлением этих революционных настроений в ночь выборов стала массовая акция по ликвидации лагеря «Чациленд». Этот лагерь более года удерживался в самом центре Белграда верными режиму людьми, вооруженными головорезами, мошенниками и разного рода провокаторами и был источником бесконечных провокаций и нападений под защитой тяжело бронированной полиции по борьбе с беспорядками.
Тысячи людей направились прямо к «Чaцилэнду» с намерением стереть лагерь с лица Сербии. По мере распространения новостей к ним присоединялось все больше людей. Любая попытка прямого вмешательства со стороны полиции была бы жестко отражена, что лишь подлило бы масла в огонь. Вместо этого полиция отступила.
На следующий день протестующие ворвались в белградские офисы печально известного проправительственного телеканала Informer, прервали прямой эфир и вступили в конфронтацию с его главным редактором.
Вучич утверждает, что это было нападением на «свободу слова», но на деле это была здоровая реакция движения против «свободы», дарованной нескольким привилегированным и защищенным хамам клеветать и фабриковать фейковые новости, — «права», которым они годами злоупотребляли с полной безнаказанностью в поддержку все более отчаянного, прогнившего политического режима.
Независимое объединение журналистов Сербии заявило, что подаст заявление об отзыве лицензии на вещание у Informer TV, сославшись на систематические нарушения закона и обязательств вещателя. Эта борьба в той или иной степени касается всех крупных СМИ — начиная с частной медиагруппы Pink, поддерживающей Вучича, и заканчивая государственным вещателем RTS.
«Vučić ode» — «Вучич ушел»
Каков смысл этих событий? Часть движения верно осознает, что электоральное поражение SNS не означает, что режим искоренен. Его опора пошатнулась, но она должна быть добита революционными средствами. Любая самоуспокоенность в этом вопросе означает предоставление реакционным силам времени перегруппироваться, закрепиться на оборонительных позициях и вернуть инициативу при первой возможности. Они могут опереться на глубокую сеть поддержки, которую все еще имеют в самых темных уголках сербского общества и государства.
То, что происходило в Сербии в связи с этими выборами, — вовсе не «обычное дело». Эти события скорее напоминают революционное потрясение.
Эти выборы не были честными даже по искаженным меркам «честных» выборов в развитых капиталистических странах. Там правила буржуазной демократии тоже подстраиваются под интересы правящего класса, а все крупные СМИ находятся под контролем капиталистов. Любой, у кого есть глаза, видит, как, например, в Германии или Франции «закон» подгоняют так, чтобы крайне непопулярные правительства могли годами удерживаться у власти, несмотря на массовое сопротивление. При этом они принимают реакционное законодательство, например криминализирующее протест и классовую борьбу, и безрассудно опираются на государственные репрессии против широкого недовольства.
Но даже там выборы и повседневная жизнь общества подчиняются определенным правилам.
В Сербии на способность «Студенческого списка» участвовать в выборах, а тем более побеждать, были наложены крайне неблагоприятные условия. Победить можно было только посредством подавляюще мощной массовой мобилизации.
Так почему же Вучич решил объявить эти выборы? Вероятно, он думал, что сможет воспользоваться двухлетней усталостью, накопившейся у мобилизованной молодежи и поддерживающих ее масс. Его призыв к досрочным выборам оставил движению чуть больше месяца на организацию и проведение предвыборной кампании при почти полном отсутствии доступа к СМИ.
С другой стороны, избирательная машина SNS тщательно подготовилась, опираясь на отлаженное сочетание коррупции, угроз и шантажа. Вучич надеялся, что этот расчет сработает, но катастрофически ошибся в оценке реальных настроений общества. Его ставка не сыграла.
Массовое движение было взбудоражено, как только стало ясно, что появилась возможность нанести режиму решающий удар. По мере приближения даты выборов становилось все очевиднее, что база поддержки Вучича деморализуется, тогда как массовое движение набирает силу, отбивая провокацию за провокацией.
Впрочем, итоги выборов не оставили места для сомнений.
Массовая мобилизация
В ходе избирательной кампании SL организовал колонны агитаторов во главе со студентами, которые отправились во все деревни и города страны. В то время как мейнстримные СМИ, включая RTS (государственного вещателя), почти полностью игнорировали «Студенческий список» на протяжении всей кампании, десятки тысяч сторонников SL вышли слушать заботы простых людей, стучась в каждую дверь.
Важнейшая часть программы SL — борьба с коррупцией, находящая живой отклик у широких слоев молодежи и рабочего класса. Люди собственными глазами видели, как после распада Югославии при сменявших друг друга режимах богатели и набирали влияние воры, расхитители и мошенники, а неравенство все сильнее росло. Этому необходимо положить конец.
Их программа также ставит вопрос о резком увеличении ресурсов на образование, здравоохранение (врач в каждой деревне) и социальное жилье, а также о повышении минимальной заработной платы, помимо прочего.
Ясно, что мобилизация масс против режима была ключом к достижению электоральной победы — и ее значение выходит за рамки ошеломляющего результата. Эта демонстрация силы также сыграла решающую роль в том, чтобы вдолбить мысль: любая попытка не признать результат встретила бы революционный подъем.
Мобилизация на предвыборный митинг в четверг 22 октября, когда 150 тысяч человек заполнили улицы и площадь Славия в Белграде, была сопоставима по масштабу и энергии с грандиозной демонстрацией 15 марта 2025 года, выведшей на улицы сотни тысяч людей. 22 октября стало подлинным проявлением массового неповиновения, которое было постоянным элементом всех мобилизаций за последние два года. На другой стороне Вучич обратился к нескольким тысячам сторонников в спортивном зале, что сделало контраст еще более наглядным.
Массовые действия оказались в центре событий и в сам день выборов. В воскресенье десятки тысяч людей мобилизовались, чтобы помешать возможным попыткам украсть победу. Именно эта масштабная мобилизация, несомненно, стала главным фактором, заставившим Вучича так быстро признать поражение и отказаться от любых возможных планов режима задействовать крупные силы полиции и своих сторонников, сосредоточенные вокруг «Чациленда».
Несмотря на серьезные угрозы, десятки тысяч людей вышли на улицы вопреки призывам первого номера «Студенческого списка» Илии Срдановича оставаться дома. Как уже говорилось, массовая акция позволила ликвидировать «Чациленд»: перед полицией встал выбор — отступить или спровоцировать массовый революционный отпор.
Руководство SL неоднократно призывало к спокойствию и к демобилизации масс во время и после выборов. Без ясной революционной стратегии неизбежно, что попытка искоренить властную базу режима будет подорвана.
Однако те, кто пережил эти события, навсегда запомнят: когда массы мобилизованы, их ничто не может остановить. Если возникнет серьезная угроза коренным переменам, которых люди требуют и ожидают от нового правительства, этот опыт вновь выйдет на первый план.
Что дальше?
Наш долг как коммунистов — поставить вопрос: что дальше?
Как мы уже отмечали, избирательную кампанию SL невозможно было бы не только выиграть, но даже провести без массовой мобилизации. Студенческие пленумы, возникшие в декабре 2024 года, и местные собрания жителей (zborovi), появившиеся весной 2025 года, за последний год обезлюдели из-за усталости и затухания протестной активности. Предвыборная кампания возродила и активизировала массовую самоорганизацию в избирательных комитетах действия и других формах. Именно здесь кроется источник силы и импульса нынешнего движения.
Столкнувшись с этим, Вучич был вынужден отступить. Но какова теперь его стратегия? Какие трудности возникнут в переходный период между выборами и формированием нового правительства во главе со SL? И с какой ситуацией столкнется само новое правительство?
Одно можно сказать наверняка: SNS, вероятно, постарается затянуть передачу власти настолько, насколько это возможно. По установленным правилам процесс может занять до 90 дней, дав реакционным силам время на перегруппировку. Нужно помнить, что чиновники, поддерживавшие режим Вучича, по-прежнему занимают свои посты на всех уровнях государственного аппарата — в полиции, спецслужбах, армии, судебной системе, министерствах и органах государственного управления. Лагерь Вучича потрясен, но его силы могут отступить и укрепить свои позиции. Те же мошенники, которые приобрели положение и привилегии благодаря поддержке Вучича, могут использовать это время, чтобы замести следы, перегруппироваться, попытаться навязать условия новому правительству или разработать план экономической дестабилизации и саботажа — либо сделать и то и другое.
При формировании правительства и даже до него SL может столкнуться с огромным давлением изнутри государственного аппарата, усиленным давлением империалистических сил, прежде всего Европейского союза и США. От SL будут требовать смягчить программу, «быть реалистами» и так далее.
Первоначальная цель этих сил — связать руки новому правительству SL, заставив его соблюдать считающиеся священными правила капитализма и прежде всего учитывать интересы иностранных инвесторов. Урсула фон дер Ляйен и ее окружение будут давать «дружеские» советы, обещая интеграцию в ЕС. Они уже потребовали, чтобы Сербия ввела санкции против России, что обернулось бы крайне тяжелыми последствиями для сербской экономики. Руководители SL пока вежливо отклоняют это требование.
Возможно, именно этот вопрос и не станет главным предметом разногласий. Однако, если в какой-то момент правительство SL откажется подчиняться требованиям ЕС и следовать его курсу, Евросоюз покажет зубы и заговорит совсем другим тоном.
Нужно ясно понимать: «цивилизованные» европейские державы — не друзья сербского народа. Они поддерживали Вучича на протяжении всего времени и вовсе не заинтересованы в поддержке правительства SL, проводящего значительные реформы в то время, когда почти все европейские правительства наносят губительные сокращения социальных расходов, тратя деньги на перевооружение и милитаризм. Вся Европа охвачена огнем вследствие этой политики.
Они не потерпят проведения существенных реформ в Сербии и сделают все возможное, чтобы фактически не дать правительству SL выполнить свою программу.
Если кто-то в этом сомневается, достаточно хотя бы бегло взглянуть на пагубную роль так называемой «тройки» (Европейской комиссии, Международного валютного фонда и Европейского центрального банка) в подавлении революционного подъема греческого народа и попыток правительства Syriza в Греции в 2015 году положить конец политике жесткой экономии и провести умеренные реформы.
Но правительству SL придется столкнуться с сопротивлением не только Брюсселя и Вашингтона. Саботаж и противодействие будут исходить и из самого сердца сербского государства — от бюрократии, судебной системы и силовых структур.
Руководство SL рассматривает важнейший вопрос борьбы с коррупцией исключительно в правовой плоскости. Это связано с представлением о том, что в большинстве случаев огромные состояния после распада Югославии были нажиты преступным путем — посредством грабежа, коррупции и использования привилегированного положения в государственном аппарате.
Однако здесь необходимо внести ясность. SL распространяет опасную иллюзию, будто с коррупцией можно покончить силами реформированного сербского государства, хотя именно государство находится в центре этой системы и десятилетиями позволяло продолжаться разграблению страны. Это относится и к судебной системе, и к спецслужбам, и к полиции.
Коррупция широко распространена во всех капиталистических странах, но в такой стране, как Сербия, она играет еще более системообразующую роль. Она является неотъемлемой частью системы, и бороться с ней не может государство, связанное с правящим классом тысячами нитей — формальных и неформальных. На такую борьбу способна лишь альтернативная власть, опирающаяся на рабочих и молодежь Сербии.
Довести борьбу до конца!
Итак, что может сделать правительство SL, чтобы осуществить радикальное преобразование сербского общества, которого ждет массовое движение, приведшее его к власти?
Необходимо помнить, что реакционные силы выглядят могущественными лишь постольку, поскольку могут опираться на инерцию буржуазного общества. Если бы они были всесильны и все зависело только от них, Вучич до сих пор оставался бы у власти. Революционная мобилизация молодежи, рабочего класса и широких народных масс Сербии — единственная сила, способная обеспечить правительству SL необходимую поддержку для выполнения его программы.
Предстоящий период неизбежно будет отмечен противоречием. С одной стороны, массы в целом доверяют правительству SL, считая, что победа на выборах дала руководителям списка законные полномочия на осуществление своей программы. Многие участники движения убеждены, что SL нужно дать время выполнить обещанное. С другой стороны, часть движения будет прибегать к прямым действиям, чтобы ускорить перемены. Всякий раз, когда реакционные силы попытаются поднять голову и поставить преобразования под угрозу, мы будем видеть новый подъем массовых выступлений.
Крайне важно, чтобы в ходе этого процесса местные собрания zborovi и студенческие пленумы возродились, окрепли, укрепили свои организационные структуры и глубоко укоренились в рабочем классе — на каждом предприятии, на каждом рабочем месте. Избирательная кампания показала, что движение способно достучаться до каждого дома, до каждого рабочего, пенсионера и молодого человека в любом уголке страны и убедить их проголосовать. Разветвленная сеть организаций движения должна охватить все рабочие места.
Только укрепляя органы альтернативной власти, можно обеспечить поддержку и защиту необходимых радикальных преобразований общества и воплотить их в жизнь.
Как коммунисты, мы полны решимости довести эту борьбу до победного конца.