Прошла почти неделя с начала войны между США и Израилем, с одной стороны, и Ираном — с другой. То, что должно было продлиться, по мнению Трампа, сутки или двое, охватило весь Ближний Восток и рискует превратиться в очередной затяжной конфликт. Даже сами американские власти уже признали, что блицкриг не удался и «операция» может затянуться до ста дней. А сам Дональд за два дня сделал более 5 заявлений, называя разные сроки окончания.
Первые лица американского правительства всеми силами стараются избегать флера войны в публичной плоскости. Пытаясь спасти стремительно разрушающуюся репутацию администрации Трампа, они придумали крупную военную операцию — КВО, под кодовым названием «Эпическая ярость». Вдохновлялись лучшими!
Стремясь к быстрой ликвидации военно-политического руководства Ирана, Трамп, Нетаньяху и Ко надеялись на быструю победу монархической оппозиции и крах режима. Реальность оказалась неприятным сюрпризом.
Вместо того чтобы воспользоваться «бомбардировками свободы» со стороны США и Израиля, рабочий класс Ирана объединился вокруг государственного флага наравне со всеми народными массами.
Новая верхушка Ирана провела жесткие чистки во власти и уже казнила высокопоставленного чиновника, который загадочным образом исчезал из зданий перед всеми атаками американцев.
Новый верховный лидер Ирана избежал как масштабных внутренних протестов, так и объединения оппозиции внутри страны под флагом США, потому что после удара по школе для девочек со 175 погибшими ни один человек в Иране не сможет заступаться за правоту Америки и получить при этом поддержку населения.
Реакция левых по всему миру в большинстве своем оказалась не менее оторванной от действительности. Реформисты и леволибералы плачут по международному праву, в то время как ультралевые кричат — «чума на оба ваших дома».
Чтобы выработать свою жизнеспособную стратегию, мы должны разобраться, почему решение Трампа и Нетаньяху по ликвидации Хаменеи было одним из самых непродуманных и почему оно, вкупе с бомбежками иранских городов, привело к консолидации общества, а также почему коммунисты не рассматривают войны в вакууме.
Бомбежки свободы
Главным лозунгом в рамках политической подготовки войны стало «освобождение иранского народа от тирании аятолл». Несколько раз Трамп обещал оказать военную поддержку протестующим и грозился режиму серьезными последствиями, если тот будет применять к ним силу.
Эти заявления звучали на фоне протестов в Миннеаполисе, где американская иммиграционная служба застрелила многодетную мать, а затем медбрата, состоявшего в профсоюзе. Не говоря уже о значительном послужном списке американской политики, результат которой виден по всему Ближнему Востоку.
Фактически США уничтожили такие страны, как Сирия, Ливан и Ирак, лишив их государственности и обрекли целые народы на нищенское и варварское существование. Делалось это также под предлогами освобождения. Идущие бомбардировки иранских городов и сотни погибших мирных жителей — неотъемлемая часть данной программы. Им нет никакого дела до жизней простого народа.
Защита «цивилизации» и ядерная угроза
Еще одним предлогом стало требование к Ирану — прекратить развивать свою ядерную программу. Сейчас Трамп рассказывает о том, что Иран был готов нанести удар по Израилю и начал бы ядерную войну со всем регионом, если бы США не нанесли удар первыми. Ведь именно Иран, по его мнению, является главным рассадником террористической угрозы.
Дескать, Израиль — этот остров «цивилизации», по мнению либералов и их левых лизоблюдов, — станет первой жертвой. Тот самый Израиль с Нетаньяху во главе, который с 2023 по 2025 год устроил геноцид в секторе Газа, убив более 50 тысяч человек. Подобные утверждения подкрепляют последними ударами иранской армии в регионе.
В действительности режим в Иране пользуется теми немногими возможностями для защиты своего национального суверенитета, которые у него есть, — дестабилизацией мирового нефтяного рынка. Здесь нет ничего удивительного, поскольку военная мощь США и НАТО несоизмерима по сравнению с Ираном. Этот факт настолько очевиден, что не нуждается в приведении цифр.
Фактически единственное, что остается, кроме этих ударов, — сидеть под постоянными бомбардировками в ожидании наземного вторжения и вести партизанскую войну, которая недопустима для США.
Наличие же ядерного оружия у режима в Тегеране, напротив, серьезно бы ограничило возможности продвижения американских и израильских интересов. Силовое вмешательство оказалось бы смертельно опасным. Но, как недавно заявил глава МАГАТЭ Рафаэль Гросси, никакого ядерного оружия, готового ядерного заряда или завершенной программы по его созданию у Ирана не обнаружено.
Таким образом, все разговоры о ядерной угрозе со стороны Ирана — лишь повторение истории с биологическим оружием Саддама Хусейна. Недавно Джей Ди Вэнс заявил:
«Я хорошо понимаю чувства американцев, которые устали от 25-летних терок с Ближним Востоком. И разделяю их озабоченность. Но разница в том, что тогда у руля нашей страны стояли тупые президенты. Здесь есть нюанс».
Но есть нюанс. Если раньше США нужно было хотя бы представить какие-то доказательства — в виде пробирок Пауэлла и так далее, — то теперь Трамп обходится без всякой фальши на публику.
Оставим на его совести разговоры об интеллектуальном уровне элиты и сосредоточимся на главном — сильнейшему империалисту в мире не нужны какие-то реальные серьезные оправдания для применения силы.
Что же до террористической угрозы со стороны Ирана, то здесь также должна быть ясность. Поддерживал и поддерживает ли режим аятолл такие организации, как ХАМАС («террористическая организация, запрещена в РФ») или «Хезболла»? Очевидно, что да — по мере своих сил и возможностей для защиты своих интересов. Но есть куда более важный вопрос — неужели он такой один?
Разве «нефтяные принцы» не отметились в этом куда больше? Также именно они всегда предоставляли военные базы и плацдармы для США, чтобы их войска могли проводить свои операции. Под масками богатства и «цивилизации» здесь скрываются лицемеры, обогатившиеся за счет фактического разрушения соседних государств.
Операция идет не по плану
Очевидно, что с самого начала операция «Эпическая ярость» планировалась как очень кратковременная — рассчитанная максимум на 4–5 недель. Несколькими мощными ударами США и Израиль должны были уничтожить руководящую верхушку режима. Затем режим должен был пасть под натиском восставших масс, и далее лидеры нового «демократического» режима пошли бы на переговоры.
Можно однозначно сказать, что изначальный план полностью провалился. Несмотря на ликвидацию большого числа руководящих лиц, режим не просто не ослаб — он усилился как никогда.
Народ Ирана убедился в том, что несет ему западный империализм. В ходе первого обстрела одна из ракет попала в школу для девочек в Минабе, убив 175 учениц. В тот же день был убит верховный лидер Ирана, погибший в результате авиаудара по его резиденции в Тегеране.
Люди увидели, что США и Израиль будут убивать всех — начиная с верхушки режима и заканчивая самыми угнетенными и обездоленными. Атака показала, что все это время лидеры режима говорили правду и что для борьбы с внешним врагом необходимо объединиться. Трамп в ходе своей операции создал мученика и стабилизировал режим, который ранее находился в глубоком кризисе с 2018 года.
С самого начала войны в стране проходят многотысячные митинги, где люди скандируют лозунги против США и Израиля. От прежних антиправительственных настроений практически ничего не осталось, а то, что есть, представляет собой полностью маргинальное меньшинство.
Более того, вооруженные силы Ирана и КСИР начали совершать ответные атаки, нанося удары по военным объектам и инфраструктуре, работавшей в интересах США, и угрожая перевозкам нефтепродуктов через Ормузский пролив, повергнув весь регион в хаос.
Столкнувшись с весьма неприятными для себя обстоятельствами, люди в Белом доме и Пентагоне стали признавать, что операция займет куда больше времени. Буквально день-два назад они говорили о нескольких месяцах. Теперь же они готовятся к ведению боевых действий в течение как минимум 100 дней.
Цена высока
Нужно отчетливо понимать — в военном и политическом аппарате США сидят отнюдь не идиоты, какими их часто пытаются выставить либералы и некоторые левые. Они быстро сориентировались и начали вести подготовку.
В довесок генеральный секретарь НАТО Марк Рютте заявил, что альянс готов задействовать 5-ю статью.
«Вы видели это, когда поступили новости о ракете, направлявшейся в сторону Турции и потенциально способной нанести ущерб интересам США в Турции, которая была сбита противоракетными системами НАТО. Так что это работает. Мы бдительны».
Нужно отдать должное генсеку НАТО: он прямо, честно и открыто говорит о том, во имя чьих интересов работает он и весь этот военный блок.
Сейчас Трамп и его администрация пытаются сделать все, чтобы выбраться из той западни, в которую сами себя привели. Как сообщает CNN, «советники Трампа призывают как можно быстрее объявить о победе и завершить войну с Ираном, чтобы избежать политических потерь перед промежуточными выборами».
Длительная война также рискует стать финансовым бременем. Согласно результатам подсчетов агентства Anadolu, вооруженные силы США за первые 24 часа ведения боевых действий на Ближнем Востоке потратили около $779 млн. ОАЭ теряют 2 млрд долларов в сутки, в то время как у них и соседних стран истощается запас сверхдорогих ракет для ПВО.
Журналистка The Atlantic Нэнси Юсеф, со ссылкой на представителя Конгресса, сообщила, что Пентагон предварительно оценивает стоимость военной операции США против Ирана в $1 млрд в день. Если сделать скидку и считать только такой объем трат, что на войне практически никогда не бывает, то за 100 дней США потратят 100 млрд долларов. Другие расчеты показывают, что до лета даже в самом экономном режиме придется потратить минимум до 200 млрд долларов.
Для наглядности: это около 7,78 трлн руб., что сопоставимо с годовыми расходами федерального бюджета на «Социальную политику» (запланировано около 8,2 трлн руб. на 2026 год). Или около 60% от годового оборонного бюджета (около 13 трлн руб. в 2026 году).
Поддержки нет
Уровень поддержки боевых действий со стороны общества в США также явно не на стороне Трампа. Согласно опросу Reuters/Ipsos, опубликованному в начале марта 2026 года, лишь 27% американцев поддерживают военную операцию США в Иране. Около 43% выступают против, а 29% не определились.
Еще хуже дела обстоят с перспективой проведения наземной операции, которая все сильнее маячит на горизонте у Белого дома. По данным CNN, большинство американцев (60%) выступают против отправки сухопутных войск в Иран, в то время как лишь 12% поддерживают эту меру, а 28% не определились.
Несмотря на заявления Рютте, европейские союзники США по НАТО также не имеют прочной опоры. Опросы YouGov показывают, что даже в Великобритании (ближайшем союзнике США) 49% граждан выступают против ударов по Ирану, в то время как поддерживают их лишь 28%.
В Германии атаку США и Израиля на Иран считают оправданной 25% немцев, а неоправданной — 58%.
Правительство Испании и вовсе официально отказалось предоставлять базы для операций против Ирана, опираясь на антивоенные настроения населения. В результате Трамп уже назвал эту страну «враждебным НАТО лузером».
Такие настроения в Европе неудивительны. На протяжении всех последних лет народные массы постоянно сталкиваются с ухудшением условий жизни.
После прихода Трампа в Овальный кабинет их правительства стали взваливать на плечи простых рабочих, молодежи и бедняков еще большие расходы — в частности, повышение расходов на вооружения.
Если раньше это преподносилось как помощь коррумпированному и паразитическому режиму Зеленского на Украине и необходимость сдержать Россию, то теперь над ними висит перспектива вести дорогостоящую — во всех смыслах — войну с Ираном.
Для масс в США это также разрушение иллюзий насчет Трампа. Тот приходил под лозунгами прекращения бессмысленных для Америки войн и обещал не допустить втягивания страны в очередной конфликт. Теперь от «миротворца Трампа» не осталось и следа, а общество все отчетливее видит параллели с войной в Ираке.
Неудивительно, что он так хотел получить Нобелевскую премию мира в 2025 году — ведь в 2026 году шансов у него уже нет.
Уже по идущему сейчас обмену ракетными и бомбовыми ударами видно неравенство сил. Очевидно, что в ресурсном и технологическом отношении США и их союзники имеют подавляющее превосходство.
Значит ли это, что победа для них гарантирована? Как мы помним из военной истории, материальное преимущество еще не означает победу.
Наполеон, классик военного дела, к опыту которого до сих пор обращаются, говорил: «На войне моральный дух относится к физической силе как три к одному». Это значит, что помимо технического обеспечения, уровня дисциплины и организации солдатам необходимо понимание и уверенность в том, за что они сражаются.
По этому критерию армия и само общество США явно не имеют преимущества над народом Ирана.
У КВО нет цели, есть только путь
Фактически политика Трампа привела его и его команду в ловушку. Вместо быстрого достижения поставленных целей, как это было сделано в Венесуэле, и возможности моментально объявить себя победителем становится все очевиднее, что он загнал себя в трясину.
Тот факт, что Пентагон всерьез рассматривает план длительной операции и уже устоявшаяся риторика о том, что операция будет идти до момента достижения поставленных целей, говорит о всей серьезности перспективы затяжной войны на истощение.
Об этом красноречиво говорят и другие американские политики. Так сенатор США Эд Марки сделал следующее заявление о войне с Ираном:
«Я только что вышел с секретного брифинга по Ирану, и он лишь подтвердил то, что мы и так знали. Дональд Трамп ведет незаконную войну, и у него нет плана ее прекращать. Сегодня он сказал, что мы напали на Иран, потому что у него было предчувствие, но мы знаем правду.
Трамп лжет о ядерном потенциале Ирана. Он лжет о ракетном потенциале Ирана и втягивает Соединенные Штаты в еще одну бесконечную войну на Ближнем Востоке. Трамп совершенно вышел из-под контроля, и американцы уже погибли из-за его лжи».
Сделаем скидку на то, что это слова ярых противников трампистов в истеблишменте. Однако эти слова хорошо демонстрируют, насколько велико беспокойство на уровне правящего класса касательно ведения войны.
Сам Трамп становится заложником войны. Он не может закончить ее со своей стороны, не заявив о достижении объявленных им целей или хотя бы близких к ним. Это вопрос не только его личного престижа, но и положения США как сильнейшего империалиста.
Но достичь заявленных целей трудно, когда их приходится постоянно менять из-за реалий войны. Так, в начале конфликта Трамп говорил о смене режима в Иране и призывал иранцев взять власть.
Спустя всего пару дней, когда стал очевиден уровень консолидации общества и негативное восприятие США и Израиля, министр войны Пит Хегсет заявил, что операция — это «не война за смену режима».
Также были озвучены следующие цели:
- Ядерная безопасность: окончательная гарантия того, что Иран никогда не сможет создать ядерную боеголовку. Речь идет о физическом уничтожении всей ядерной инфраструктуры.
- Уничтожение ракетного потенциала: полная ликвидация запасов баллистических ракет и мощностей по их производству.
- Разгром ВМС: полное поражение военно-морских сил Ирана (включая флот КСИР), чтобы исключить возможность блокировки Ормузского пролива.
- Борьба с терроризмом: нейтрализация прокси-группировок («Хезболла», ХАМАС («террористическая организация, запрещена в РФ»), хуситы) и прекращение их поддержки со стороны Тегерана.
Как оказалось, все они требуют куда больших усилий, чем считалось вначале. В то же время совершенно непонятно, как США будут гарантировать невозможность восстановления ядерной программы, ракетного потенциала, ВМС и работу Тегерана со связанными с ним группами без фактического контроля над страной.
Для этого требуется полный демонтаж старого режима и фактически — проведение наземной операции. В свою очередь, мы видим, чем такая операция закончилась для Нетаньяху и Израиля в секторе Газа. ХАМАС («террористическая организация, запрещена в РФ») не был уничтожен, а находится лишь в стадии восстановления.
Такой результат для Трампа неприемлем. Любая неудача подорвет влияние США в мире и усилит позиции Китая — их главного конкурента, который сейчас никак не участвует в войне.
«Миротворец» вынужден идти вперед, пытаясь достичь поставленных целей, которые могут становиться все более недостижимыми.
Иран — консолидация против империализма США
Перед войной режим Хаменеи находился в тяжелом положении. С 2018 года в стране постоянно шли протесты и забастовки. Рабочий класс был недоволен падением уровня жизни, молодежь — отсутствием демократических свобод, женщины — своим угнетенным положением. Недовольство режимом было колоссальным.
Однако над иранским народом постоянно висел дамоклов меч американского империализма и его орудия в виде Израиля. У них также был реальный опыт соседних стран, лишенных всяческого суверенитета, уничтоженных, погрязших в бесконечных войнах внутренних группировок и чьи народы были вынуждены бежать из страны и жить в полной нищете.
По сути, Иран остался единственной страной в регионе, которая могла проводить собственную национальную политику и не остается подконтрольной Вашингтону.
Геноцид в секторе Газа, устроенный режимом Нетаньяху с 2023 по 2025 годы, и 12-дневная война в 2025 году стали суровым напоминанием этой перспективы. Единственную гарантию Тегеран видел в ядерной программе. Этого Трамп допустить не мог.
Новогодние протесты стали удобным предлогом для агрессии. Закончив подготовку, Трамп приказал нанести удар, рассчитывая, что протестующие воспользуются его «помощью», чтобы свергнуть режим. В действительности все сложилось иначе.
Сейчас даже западные аналитики говорят о том, что иранское общество сплотилось вокруг режима. Более прозорливые предупреждали об этом еще в январе. Данни Цитринович, научный сотрудник программы по Ирану INSS (Израиль), предупреждал, что публичные угрозы или открытые попытки использовать протесты в своих целях могут иметь обратный эффект.
Гольнар Никпур, профессор современной иранской истории Дартмутского колледжа (США), отметил, что вместо того, чтобы привести к народному восстанию против правительства, как поощрял президент Трамп, американо-израильские атаки заставили иранцев беспокоиться о своей непосредственной безопасности от бомб.
С самого начала войны огромные массы людей заполонили улицы, чтобы выразить свое негодование и готовность сопротивляться агрессии США и Израиля. И дело здесь не в том, что люди забыли о преступлениях своего режима.
Массы видят ситуацию так: режим аятолл — единственная реальная сила в стране, которая прямо сейчас может вести организованную борьбу с агрессором. Они также знают, что принесет с собой победа США и Израиля.
Это стало особенно очевидно после удара по школе для девочек в Минабе и по медицинским и гражданским объектам — таким как хирургический центр в Тегеране, больница Баасат, женская средняя школа в Урмии и даже Организация переливания крови.
Их опасения подтверждаются недавними словами главы Пентагона Хегсета, который заявил, что американские военные не будут связаны «политкорректными правилами ведения войны» в ходе операции против Ирана, поскольку ранее такие правила только ограничивали действия США.
Так верхушка военного руководства США дает военным карт-бланш на нарушение «правил ведения войны» — тех самых норм международного права. Правда, мы явно не увидим никаких действий со стороны их защитников.
Тем временем США не будут ограничивать себя в выборе целей и средств. Их цель схожа с тем, что было во Вьетнаме, — отправить всю страну в каменный век под лозунгами демократии.
Таким образом, Трамп и Нетаньяху способствовали усилению режима, несмотря на уничтожение его верхушки. Продолжение бомбардировок и войны в целом только усилит эти настроения, не говоря уже о полноценном вторжении в страну.
Крах международного права и плач реформистов
Как же войну оценили первые лица реформистов? Пожалуй, нагляднее всего ее продемонстрировал лидер французской партии «Непокоренная Франция» Жан-Люк Меланшон. Он заявил следующее:
«Смерть Али Хаменеи, палача иранского народа, не оправдывает средства, которые привели к ней. Похищение или убийство лидеров, политику которых мы борем, остается отрицанием любого международного права.
Война США и Израиля ведется без какого-либо мандата, кроме верховной воли Трампа и Нетаньяху. Эта война открывает новый цикл насилия и эскалации конфликтов в регионе и в мире. Это война против международного права. То, что она началась на следующий день после проведения так называемого мирного совета Трампа, только подчеркивает это».
Плач по международному праву — это то, что объединяет всех этих прогрессивных лидеров. Для них либеральные институты всегда остаются на первом месте по сравнению с рабочим классом и его международной солидарностью.
О каком же именно международном праве они говорят? О том, в котором решение об империалистической агрессии принимается в ходе обсуждения. Ведь дело именно в легитимности войны, а не в том, что за ней стоит. Видимо, если бы Совбез ООН проголосовал за бомбежку Ирана, возражений с их стороны поступить не должно было бы.
Они говорят о том, что Трамп, Путин и прочие разрушают международное право. А работало ли оно раньше в интересах масс? ООН не остановила ни войну в Югославии, ни войну в Ираке, ни войну в Сирии, но во всех них спокойно участвовали все ключевые члены НАТО.
В позициях леволибералов и реформистов нет ничего антиимпериалистического и тем более нет ничего против капитализма. Они не могут поверить, что кризис капитализма разрушает привычный им мир, где «демократические» институты отбрасываются как ненужная шелуха, лишь мешающая защищать интересы правящего класса.
Чума на оба ваших дома
Другой позицией, набравшей особую популярность среди левых, стало осуждение обеих воюющих сторон. Ее можно охарактеризовать как «чума на оба ваших дома».
В большинстве своем это искренняя позиция, которая, в отличие от реформистов, заслуживает определенного уважения.
Когда многие коммунисты начинают анализировать происходящее, они стремятся установить какую-то единую категорию, из которой можно исходить в дальнейшем. Но затем совершается серьезная ошибка: каждая ситуация рассматривается с той точки зрения, что А всегда равно А.
Проще говоря, войны при капитализме всегда одинаковы и отражают интересы правящего класса. В общем это верно. Но здесь упускается как живое движение классовой борьбы, так и куда более конкретный анализ происходящего.
Вставшие на позицию уравнивания режимов в Вашингтоне и Тегеране видят их борьбу как оторванную от более глобальной картины — мировой системы капитализма и той роли, которую в ней занимает каждый из этих режимов.
Режим Хаменеи отражает интересы национальной правящей элиты: местных крупных собственников, государственного аппарата и религиозных деятелей. Для сохранения их положения и самостоятельности ему приходится активно выступать за свой национальный суверенитет.
В свою очередь США представляют собой самого крупного и мощного империалиста на планете. Несмотря на потерю сил и необходимость перегруппировки, ни у России, ни у Китая по-прежнему нет таких возможностей для продвижения своих интересов, какие есть у США.
Именно поэтому США являются главным сторожем и гарантом стабильности капиталистической системы, обладая самыми сильными и подготовленными вооруженными силами в мире. Рабочий класс и молодежь Ирана видят и понимают это на самом базовом уровне.
Это ключевая причина, по которой после атаки 28 февраля массы объединились вокруг своего режима. Как уже говорилось ранее, в государственном режиме они видят единственную организующую силу, способную сохранить им жизнь.
Оппозицию, в том числе коммунистов, которые ставят знак равенства между Ираном и США, массы в лучшем случае не понимают, а в худшем — отождествляют с пособниками куда более сильного империализма. Стоя на этой позиции, невозможно получить возможность для завоевания масс.
Это не значит, что мы стремимся поддержать правящий режим Ирана. Напротив, мы прекрасно видим его суть. Но иранский народ куда лучше нас знает, почему ему нужно его ненавидеть. Рабочий класс Ирана много раз выступал против его политики и много раз страдал из-за него. Нам не нужно убеждать рабочих в том, что они живут плохо. Они ждут конкретных и реалистичных ответов на вопрос — что делать именно сейчас.
Украина и Иран — в чем разница
Здесь нам могут сказать: почему же вы тогда выступаете против поддержки Украины, против поставок оружия и т. д.? Ответ заключается в том же самом понимании: Россия и Украина не находятся в вакууме. Они являются неотъемлемой частью и отражением мировой системы и ее противоречий.
Здесь будет уместно привести цитату Троцкого из его работы «История русской революции»:
«Участие России в войне было противоречиво по мотивам и целям. Кровавая борьба велась, по существу, за мировое господство. В этом смысле она России была не по плечу. Так называемые военные цели самой России (турецкие проливы, Галиция, Армения) имели провинциальный характер и могли быть разрешены лишь попутно, в зависимости от степени их соответствия интересам решающих участников войны.
В то же время Россия, в качестве великой державы, не могла не участвовать в свалке передовых капиталистических стран, как она не могла в предшествующую эпоху не вводить у себя заводы, фабрики, железные дороги, скорострельные ружья и самолеты. Нередкие среди русских историков новейшей школы споры о том, в какой мере царская Россия созрела для современной империалистической политики, впадают сплошь и рядом в схоластику, ибо рассматривают Россию на международной арене изолированно, как самостоятельный фактор. Между тем она являлась лишь звеном системы».
Режим Зеленского имеет принципиальное отличие, которое заключается в том, что он от начала и до конца является орудием продвижения интересов американского империализма. Именно поддержка со стороны Запада позволяет этому режиму до сих пор существовать.
В этом ключе Иран — совершенно иной случай. Революция 1979 года не была изначально движением религиозного фундаментализма. Это была борьба за освобождение из-под фактически колониального гнета, в которой рабочий класс проиграл исключительно по вине сталинского руководства в Иране и Советском Союзе.
Именно история и характер борьбы масс в Иране определили положение, которое вынужден занимать правящий режим. Чтобы сохранить свою власть, ему необходимо сдерживать влияние империалистов, с которыми он выстраивает отношения — в первую очередь с Китаем, а в дальнейшем и с Россией.
Это объясняет и то, почему ни Китай, ни Россия не оказывают активной помощи в нынешнем конфликте с США, ограничившись только устными заявлениями, а Тегеран прямо заявляет об отсутствии необходимости в поддержке. Впрочем, это не означает, что подобные переговоры не идут за кулисами. Суть в том, что открытое формирование зависимости неизбежно подорвет поддержку режима со стороны масс.
Против американского империализма и за независимую классовую программу
Причина, по которой рабочий класс и молодежь не смогли свергнуть режим аятолл раньше, кроется не в отсутствии у них решительности или в репрессивном характере государства. В первую очередь проблема заключается в отсутствии руководства с независимой классовой программой. Но для построения такого революционного руководства нужно уметь понимать то, как развивается сознание масс.
В отличие от комнатных левых, которые большую часть своего времени проводят за чтением блогов и пытаются заставить окружающих соответствовать их ожиданиям, массы учатся на собственном опыте.
Несмотря на долгую историю борьбы, у рабочего класса нет организаций, способных возглавить борьбу против американского империализма. У них также нет руководства и программы, которые могли бы дать им направление, и они не осознают себя как реальную силу.
По этой причине единственной — хотят того они или нет — самой крупной силой, противостоящей этому нападению, к которой могут обратиться массы, остается режим аятолл. Во всяком случае, это единственная сила, которую они видят между собой и империализмом.
Фактически то, что необходимо сейчас, — разбить иллюзии масс в способности аятолл и КСИР вести успешную борьбу с империализмом, то есть продемонстрировать их полное банкротство. Доказать это возможно только благодаря: а) участию в борьбе с империализмом; б) сохранению классовой независимости и подготовке почвы для политического свержения режима.
Это означает вовлечение масс в борьбу и создание возможностей для них увидеть и почувствовать собственную силу. Режим в Иране рассчитывает в первую очередь на свои вооруженные силы и КСИР, однако эти структуры коррумпированы и не подконтрольны массам. Они также не хотят вооружать, тренировать и организовывать рабочий класс для борьбы, потому что это подорвет их возможность его подавлять.
Именно поэтому это то, чего необходимо добиваться, потому что только рабочий класс и молодежь Ирана принципиально заинтересованы в защите своего дома.
Правительство и в целом система государственной власти не сильно отличаются в этом отношении от армии и КСИР. Они также гнилы, неподконтрольны и заинтересованы в сохранении именно своего положения. Бремя войны в первую очередь ложится именно на массы.
Из этого исходит необходимость в контроле рабочих над производством, а значит — в большем доступе к информации, свободной коммуникации и учету. В конечном счете — в демократическом, снизу организованном плановом производстве. Только благодаря таким изменениям можно выстроить эффективную систему, которая сможет как обеспечить массы продуктами первой необходимости, так и создавать средства защиты от постоянных атак со стороны США и Израиля.
Вкупе эта политика логическим образом подводит к требованию отказаться от чудовищного угнетения женщин, продвигаемого религиозными фундаменталистами.
Сейчас массы полнятся яростью и прогрессивным настроением на освобождение от империализма, которое подкрепляется каждодневными бомбардировками. Но такие настроения не могут длиться вечно.
Если они не увидят результатов со стороны своего правительства и не будут иметь перед собой понимания и примера альтернативы, они падут духом. Все может произойти аналогично тому, как это произошло в Югославии в 1999 году.
Продвижение и тем более осуществление такой программы требует политической и организационной независимости, не говоря уже о социальных требованиях. Это то, на чем может выстроиться организация и то, как она сможет связать себя с массами.
Левые, которые предлагают просто говорить массам об одинаковости американского и иранского правящих классов и бросаются абстрактными призывами создавать свою альтернативу, ведут искренних коммунистов в изоляцию.
Но эта борьба не может ограничиваться только Ираном. Задача мирового коммунистического движения, мирового рабочего класса — выступить против американского империализма.
Почему ему уделяется столько внимания? Почему мы в данном случае не должны просто сосредоточиться на своем правящем классе?
В этом тексте мы уже говорили о роли США и их военном потенциале. Поэтому здесь стоит обозначить основную вещь — именно американский империализм обладает достаточными силами и ресурсами, чтобы защищать систему капитализма по всему миру. Рабочий класс видит эту угрозу и в условиях, когда его силы дезорганизованы, ищет наиболее короткие и привычные способы защиты — например, в виде поддержки своего национального правительства.
Многие такие режимы, как, например, в России и Китае, апеллируют к массам. Дескать, они ведут борьбу с однополярным миром во главе с США. На деле они борются лишь за интересы своего национального правящего класса. Это видно по тому, как войну США с Ираном подает российский режим. Для них это лишь удобная конъюнктура, не более.
Задача коммунистов заключается в том, чтобы показать массам, что только они могут вести настоящую борьбу с империализмом. Только в ходе такой борьбы рабочий класс и молодежь смогут увидеть свои силы и возможности, научиться не только организации, но и сделать конкретные политические выводы.
Наша задача — прояснять и направлять их в этом направлении, быть в этой борьбе вместе с массами на всем пути, а не обращаться к ним со стороны. Левые, которые стремятся лишь к созданию площадок для отражения мнений, никогда не смогут выполнить эту задачу. Сделать это может только сильная, централизованная партия с ясной классовой программой, способная обобщить весь исторический опыт борьбы рабочего класса.